«Бессмертие – это не вечная жизнь. Всё совсем не так. Бессмертие – это смерть всех остальных» «Великие – это те, за кем можно наблюдать бесконечно, даже если это всего лишь движение их зрачков» Энди Уорхол Для времени массового производства, наступившего в 50 годы ХХ века, необходимо было совсем другое искусство – обезличенное, удовлетворяющее потребности большого количества масс. На эту роль выдвинулось новое направление, получившее название «поп-арт». В основе него лежит принцип равенства всех перед «великим инстинктом» потребления. Цитирую отца поп-арта Энди Уорхола: «Ты смотришь телевизор и видишь кока-колу; и ты знаешь, что Президент пьёт кока-колу, Лиз Тейлор пьёт колу и только подумай – ты тоже можешь пить колу!». Мышление, что формирует искусство поп-арта – это мышление потребления всего того, что потребляют другие. И опираясь на эти основы, идеология поп-арта, царившая на протяжение второй половины двадцатого, и начала к ХХI века, дала мощный толчок рекламе и всем современным маркетинговым технологиям – всему что связано с массовыми продажами. И это изменило прежний мир до неузнаваемости. Но начиная с 2000 годов поп-арт – в своём логичном развитии, а также в погоне за «хайпом» – стал перерождаться в абсурд, когда из произведения безжалостно изгонялось само содержание. Чистый загрунтованный холст с дыркой посередине – выдавался за произведение искусства. Да к тому же активно получал идеологическое обоснование права на существование. Если из тела вынуть душу – что получим в остатке? А если из формы –содержание? Но всё это, оказывается, объединяется термином «бессодержательное искусство». Но как можно анализировать пустоту? Да и зачем тратить время на подобное? Но всё ли так просто в данном вопросе, если вспомнить заветы старика Фрейда? Пустота всегда выступала синонимом смерти. В Галерее современного искусства в Вашингтоне, переходя из зала в зал, я нечаянно открыл дверь в стене. Поднялся невероятный переполох среди служащих: оказывается, дверь представляла собой арт-объект: по мысли автора выражавший «закрытость бытия». По описанию произведения, за дверью в стене надлежало скрываться самой смерти! Но за дверью просто находилась стена, с надписью на английском – death. Но я своим действием разрушил, сам того не ведая, тонкий замысел художника. Но то были творения семидесятых годов двадцатого столетия – глубокая древность по нашим временам. Двадцать первый век вернул в повестку вопрос ценности человеческой жизни. Смерть не страшна тому, кто живёт праведно – утверждали художники эпохи Возрождения. А что значит жизнь? Классические фразы про время и движение? Но сегодня подобные рассуждения воспринимаются не так, как в предыдущие столетия! Под смерть теперь понимают тупик времени и чистый холст – олицетворение пустого пространства. Да и вообще: что нам современным людям от данного понимания? Что нам с того? Человек появляется на свет, не потратив на этот процесс ни грамма личных усилий: всё за него сделали другие – те, что наделены способностью к воспроизводству. А сейчас можно воспроизвести человеческую жизнь и в пробирке! Но, вот, чтобы прожить жизнь и заработать смерть – тут уже надо потрудиться (имею в виду смерть, наступающую раньше биологического срока). Работа мысли – всегда усилие, что должно исчезнуть с полотна, оставив (в лучшем случае!) острый порез или дырку на полотне. Ну и в чём тогда смысл всего этого словесного словоблудия? Показать пустоту окружающего мира? Но мир за стенами галереи – кипит, волнуется, постоянно меняется в неистовой борьбе за выживание. И что же тогда выражают развешанные чистые полотна вдоль стен? Кризис века? Или просто субъективное отношение ко времени, в которое творит данный художник, не прилагающий никаких усилий для создания содержания? Мы можем робко предположить, что эволюционный процесс развития современного «информационного искусства» заставил переродиться его в свою противоположность – в полное отсутствие всякого художественного акта. Продаётся некое событие во времени, а не само художественное полотно, где порезанный бритвой холст выдаётся за картину. В самом деле: почему полотно, измазанное кошачьими экскрементами, мы должны воспринимать как шедевр?! Следуя логике неутомимого Энди Уорхола, такое полотно не просто кладбище вредных бактерий, но и скрытая реклама некоего продукта. Например, кошачьего корма. Но, скорее, подобные «художества» представляют собой насмешку над человеческим вкусом и разумом. Показывающую, что современная жизнь – хаос, не имеющий содержания. Где эпатаж – его излюбленный инструментарий. Каков вкус – таковы и предложения! …Но пустое полотно – это и сегодняшний страх будущего. После анализа картин Босха и Брейгеля Старшего, Гои и других испанцев (ещё тех мистификаторов своего времени!) – писать о современном искусстве трудно, так как именно эти художники заполнили вакуум человеческого времени особым смыслом. Несмотря на всю их чертовщину и дьявольщину, полотна этих провидцев преодолели планку пустоты и смогли подняться на человеческие страхами. Они – не выходя за границы религиозных догм! – предложили человечеству духовную опору, и своеобразное бессмертие в другом измерении… Сегодняшнее время требует новый тип сознания, где человечеству необходимы другие формы мышления. Например, современная астрофизика – позволяющая увидеть во временной перспективе смерть самой Земли: когда она из райского пространства (щедро наполненного водой, кислородом и красивыми видами природы) превратиться в раскалённую пыль и пар, что будет рассыпан по разным углам вселенной. До новой инкарнации, уже в виде пылевой массы, что найдёт себе новое солнце и будет вращаться вокруг нового светила – сбиваясь в образования только для того, чтобы спустя отведённый срок в очередной раз погибнуть (в миллиардный раз в этой бесконечности!). Но такую картину будущего вполне можно воссоздать при помощи полотна и красок… или искусственного интеллекта. Жизнь во времени может снова и снова возродиться в других видах и формах – пусть уже и не обладающих разумом. Хотя, возможно, снова под его руководством. Всё может быть… и всего этого может и не быть! Так как всем бесконечным пространством правит хаос, как форма существования самой материи. И для новой жизни (самой хрупкой материи во вселенной!) в очередной раз нужны благоприятные условия. Нет ничего не меняющегося: сами вечные изменения, метаморфозы – и есть та самая «постоянная величина» Вселенной. А значит, у нас есть ненулевой шанс возродится снова – сквозь виток всего это водоворота случайностей и перерождений. Живой человек проходит через собственное ничтожество – и поднимается к небесным вершинам, совсем как ангел… Чтобы заложить основу для других творцов. Возможно, это будет совсем другой тип разумного существа, носителя искусственного интеллекта. Но приемлем и любой другой вариант – что и выражает белая поверхность полотна… Как вариант, в реальности (а не только в головах таких фантастов, как я!) существует особая «дуга постоянства» – благодаря которой все распады, исчезновения и нарождения приобретают особый смысл? Подобная энергетическая дуга – и есть тот самый мост, для нашего перехода через стадию неживого к очередному живому, но на другом витке бесконечной эволюционной истории? Об этом писал ещё сто лет назад Николай Рерих, и созданными полотнами искал Абсолют, где бы уместилась вся гармония мира. Сюрреалист Сальвадор Дали предложили свою версию мира, как бы «соседнего» с нашей реальностью. «Сюрреализм в живописи в определённом смысле можно истолковать как перенесение в чисто изобразительную сферу словесной метафоры и чисто словесных принципов фантастики», – писал наш замечательный филолог и культуролог Ю.М. Лотман в статье «Театральный язык и живопись (К проблеме иконической риторики)». И я с ним абсолютно согласен. Философы ХХI века активно продвигают мысль, что человечество, мол, не может этого знать: «мы пока лишь – только смертная пыль; материал из которой и создаёт мыслящий мир; внутри него мы находимся, как слепые котята находятся у печки в сельском доме». Человек видит свет, пытается понять свойства вещей, построить будущее из гипотез и догадок… Но это всё – ещё не то, для чего природа создала наш мозг, способный найти выход в ту тайную дверь, за которой человечество сможет сделать первый шаг к интеллектуальному и физическому бессмертию. Так, всё-таки, каким должна быть современная живопись? Какой – по форме? Носителем какого содержания? Чем она может помочь пресыщенному человечеству сегодня? Из всей предлагаемой современными философами словесной галиматьи я выбираю действие, направленное на постоянное возрождение внутренних сил – для того, чтобы идти по жизни наполненным внутренней энергией созидания. И здесь – неограниченное поле для творческого моделирования! Но незыблемо остаётся крайне важной сама внутренняя идея искусства, его роль в духовной истории человечества. Творчество – всегда доминирование жизни над смертью, где смерть не страшит. Увы, я не верю в наше человеческое бессмертие, осознавая скоротечность человеческого пребывания во вселенной. Но это пребывание прекрасно, так как всегда связано с нашей способность создавать то, что не только помогает жить в материальном мире, но может остаться после нас в другом, нематериальном мире. В том, для которого творил Гомер бессмертную «Илиаду» и «Одиссею» – мы называем его культурой. И в том мире собственной жизнью живут полотна Леонардо и Рафаэля, Тициана и Веласкеса. Придуманные образы Сальвадора Дали и персонажи Пикассо. И это действительно прекрасно, так как наши мысли – запечатанные в слове или куске мрамора, перенесённые на полотно или зашифрованные в нотных знаках – и есть истинное человеческое бессмертие! По крайней мере, пока живы другие поколения, идущие на смену – те, кто в состоянии эти знаки (слова и ноты) расшифровать и понять. А затем, опираясь на полученные от предков знания, создавать новые и новые шедевры, меняющие человеческую природу к лучшему – и передаваемые потомству. Как писал один из отцов современного Кубизма Жорж Брак: «Цель, не в воспроизведении повествовательного факта, а в произведении акта живописного. Сюжет не является объектом, это – новое единство». перефразируя классика, можно сказать, что создание содержания и формы – как раз и представляют собой художественный акт, меняющий человеческое сознание, расширяющий его границы до бесконечности. И в этом – великая сила Искусства! Может подобные утверждения и станут новой основой, на которую, как на костыли, обопрётся новое сознание – способное строить будущее без насилия? И где человек станет в тысячу раз гуманней и мудрей нас сегодняшних…